Острота клинка

Как определить остроту ножа

Немного истории из легенд и сказок

Если обратиться к любому виду народного творчества, то прежде всего, когда заходит речь о холодном оружии — будь то песня, сказка, легенда или былина — непременно употребляется его неизменный и самый важ­ный  атрибут  —   «острота» сабля, меч, кинжал и, разумеется, нож. Древнее слово «нож» имеет в своей основе еще одно старое славянское слово «ньзити», что означа­ет «колоть» или «резать» (от этих слов даже произошло слово «заноза»).И это естественно, поскольку нож создавал­ся как режущий инструмент, а, значит дол­жен был обладать таким качеством, как остро­та.

Тупой нож — это вообще нонсенс, ибо он не может качественно и результа­тивно выполнять свою основную работу. Тупой нож всегда являлся объектом презрения: неда­ром общеизвестна рус­ская пословица о тупом ноже: «На этом ноже хоть верхом да вскачь» или — как другой вариант этой пословицы — «На этом ноже хоть верхом охлябь» (без седла). Что же ка­сается лопарей, то для них тупой нож (госсе) — самое страшное ругательство, которое только можно себе вообразить. Чем острее нож, тем он ценнее, но какой клинок можно считать по-настоящему острым?

И в западных, и в восточ­ных сказаниях и легендах приводится немало примеров фантастической остроты клинка. На Западе можно было услышать, как клинок, воткнутый в дно ручья, рассекал проплывавшие по нему листья, птичьи перья, уно­симые быстрой струей воды, и, конечно, меш­ки, набитые шерстью.

На Востоке тоже традиционно проверяли остроту клинка: например, подбрасывали вверх волос, после чего рассекали его. Для этой же цели могли служить легчайшие газо­вые или шелковые платки, а также пуховые по­душки. И это не было сказкой. Известно опи­сание, как расходилась надвое ткань, сползая по сверкающему клинку.

Если клинок выдерживал подобную про­верку, то он ценился весьма высоко, и по­рой эта сумма являлась просто баснословной. Несомненно, и то, что лучшие мастера-ору­жейники древности обладали знаниями, не­доступными современным мастерам. Боль­шинство секретов изготовления острейших клинков в настоящее время утрачено совер­шенно. Быть может, большинство из них от­личались трудоемкостью или требовали ог­ромных затрат, в том числе и времени. И все же в наши дни тоже встречаются мастера-ору­жейники, способные так отковать и заточить нож, что он во всех отношениях не будет уступать древним образцам этого вида оружия.

Однако, справедливости ради, следует от­метить, что даже если вы стали обладате­лем клинка средней заточки и отнюдь не с вы­сочайшим качеством стали, то он тоже сможет разрубать  волос,  подброшенный  вверх. Случается и такое, что даже при простом   дуновении волос, положенный на острие клинка, а иной раз, только при­коснувшийся к лезвию, разрезается на части. Пожалуй, эту степень остроты клинка можно считать наивысшей, но при этом постоянно помнить древнее  китайское изречение о том, что нет пре­дела совершенству.

Состав и наука ножа

Но степень остроты клинка — это еще да­леко не все. Если вы хотите по достоинст­ву оценить качество режущей кромки, то следует обратить внимание на износостойкость, что непосредственно связано с процентным содержанием углерода в стали, из которой из­готовлен нож. Принято считать максимальной твердость углеродистой стали 0,7%, и чем она выше,  тем  выше  износостойкость. Неплохой прочностью обладают также угле­родистые стали с 1,1-1,2%. В них существует мелкое зерно и они отличаются нечувстви­тельностью к образованию трещин. При этом весьма полезны такие добавки, стимулирую­щие механические свойства стали, как вольф­рам, молибден, ванадий, кремний, марганец, никель. Таким образом, если сравнивать обыч­ную углеродистую сталь и легированную, то пальма первенства в отношении износостой­кости и твердости, безусловно, останется за последней. Особенно ценен молибден, делаю­щий сталь одновременно и прочной, и вязкой. Его концентрация не должна превышать 7-8%, что прекрасно знает любой японский оружей­ник, специализирующийся на производстве катан.

В то же время вольфрам, хром или молиб­ден, а также ванадий, хотя и делают сталь прочной, однако благодаря ним же увеличива­ется и ее хрупкость.

Если сталь содержит большое количество хрома (13% и более), то износостойкость, прочность лезвия ножа увеличиваются, равно, как и его режущие свойства, но все же сталь оружия станет более хрупкой по сравнению с лезвием, изготовленным из обычной уг­леродистой стали.

При этом следует сделать важное добавле­ние: легирующие элементы улучшают прочность стали, если присутствуют в незна­чительной концентрации, тогда как при их преобладании качество инструмента ухудша­ется: его вязкость заметно нарастает.

Наиболее подходящей для ножа считается нержавеющая сталь 440 С. Действительно, этот материал неплохо затачивается и способен долго держать заточку. Кроме того, в ней есть хром, препятствующий ржавчине. И все же в ней недостает легирующих элементов, из-за чего сталь недостаточно тверда и упру­га, не так износостойка и ей не хватает той вязкости, что наблюдается при добавлении молибдена.

До настоящего времени лучшим материалом для ножевых клинков, как и встарь, остается дамасская сталь и булат. Искусство изготовления изделий из булата наивысшего качества в полной мере освоено российскими мастерами,  которые  изготавливают также и клинки из легированного булата. Качество ножа в этом случае зависит от правильного режима тепловой обработки из­делия, а также от очень тщательной шлифовки и полировки клинка. Режущие свойства подоб­ных ножей чрезвычайно высоки.

В то же время не менее ценными по своим свойствам являются высшие сорта дамас­ской узорчатой стали. Их режущие свойства не уступают булату, но, кроме того, они могут превосходить их по прочности и упругости.

Из современных сортов стали ценится шведская СРМ-Т-440 , при изготовлении которой используется метод порошковой ме­таллургии. По сути, в результате получается композитный металл, который по своим ос­новным свойствам превосходит обычную не­ржавеющую сталь в 18 раз. Правда, технология изготовления этих изделий очень сложна, а обработка весьма дорога.

Способы опредления прочности ножа

Стойкость лезвия особенно легко прове­рить на охоте. Если ножом удастся снять шкуру с такого крупного зверя, как, например, кабан, лось, медведь или олень, после чего раз­делать шкуру без дополнительной подточки и правки ножевого лезвия, значит, нож соответ­ствует основным стандартам. Если же нож об­ладает более высоким качеством, то с его по­мощью можно без подточки обработать сразу несколько звериных шкур.

Со времен Средневековья качество, как ме­чей, так и ножей проверяли, несильно ударяя клинком по железной полосе. Для этой же цели можно было попробовать строгать железный предмет. После этого осматривали лезвие, которое не должно было заворачи­ваться на сторону, садиться или выкрашивать­ся. Подобные пробы были распространены достаточно широко. Например, в Толедо, что­бы проверить качество лезвия шпаги, рубили оружием шлем, а в России, в 1930-е годы, шаш­ками били по эталонному клинку, который за­ранее был закреплен в специальных тисках. В последнем случае, если выяснялось, что кли­нок не прошел испытания, выбраковывалась целая партия шашек.

Прочность ножевого лезвия превратилась в вопрос выживания для первых пересе­ленцев Северной Америки, когда только начи­налось «покорение дикого Запада». В это время особенно возросла нужда в больших ножах. Вот как описывает пример пробы большого ножа Брет Гарт в своем романе «Габриэль  Конрой»: «Собственной выделки, — сказал яр оружейник с профессиональной гордостью и провел грубым залубеневшим пальцем по ЯР остро отточенному лезвию, — рубит пол – доллара пополам». Он бросил на прилавок пятидесятицентовую монету и коротким сильным  ударом рассек ее на две равные части». Впос­ледствии именно США прославились как стра­на, в которой был изготовлен лучший в мире большой широкий нож «Боуи», получивший на­звание по имени полковника Боуи.

Когда-то давно особенно ценными счита­лись клинки, которыми воин мог переру­бить доспехи врага или его меч, и такие клин­ки входили в легенды, а эти истории передава­лись из поколения в поколение. Этими клин­ками не только гордились их владельцы, перед ними преклонялись даже очевидцы. Так, в VI сто­летии византийский автор Прокопий Кеса-рийский, описывая в одном из своих трудов славянские племена, отмечал необычайно вы­сокое качество их мечей. Он писал, что такое оружие было достаточно коротким — не длиннее локтя, однако с легкостью перерубало прославленные в то время византийские мечи. С Прокопием Кесарийским соглашались также арабские исследователи и западноевропей­ские авторы: все они говорили, что русы обла­дают выдающимися по качеству короткими мечами. В те времена короткие мечи, изготав­ливаемые на Руси, во множестве закупались европейскими странами и отправлялись на Восток. Относительно недавно была обнару­жена скандинавская летопись, где описыва­лось, как на проверку прочности русской секиры с одного удара был перерублен один из лучших мечей франков, который был плаш­мя положен на колоду.

Некоторые историки усматривают в этом невероятном качестве русских клинков нечто почти мистическое. Таганов, Забелин и Иванов писали, что необычайно крепкие но­жи русов изготавливалась из так называемой хоролужной стали. Впрочем, по этому поводу существует более приземленное мнение. Не секрет, что мечи «варварских» народов, к кото­рым европейцы относили русов, парфян, ин­дийцев и иберийцев были по качеству неизме­римо выше, нежели холодное оружие та­ких высоко цивилизован­ных народностей, как греки, римляне и визан­тийцы. Считается, что они получали свои ме­чи из кузниц, где трудились рабы над серий­ными образцами, выпускаемыми большими партиями, а по-настоящему, качественное из­делие получить таким образом просто невоз­можно.

Никому не известны имена мастеров, про­изводивших знаменитую булатную сталь, но известно доподлинно, что эти кузнецы были у славян людьми высокоуважаемы­ми и почитаемыми. Заново производство бу­латной стали было открыто известным рус­ским металлургом П. И. Аносовым. Клинки из златоустовского булата сразу приобрели вы­сочайшую популярность у народов Средней Азии, а там, как известно, были и свои высоко­классные оружейники. И тем не менее, это — тоже факт высокого признания, поскольку там знали толк в отличном оружии, и сразу при­знали превосходство клинков из Златоуста над восточными в отношении упругости. Во второй половине XIX столетия в России осо­бой славой пользовались клинки, особенно охотничьи ножи, производимые братьями За­вьяловыми. Их упругость сравнивалась с кито­вым усом, а тверды они были настолько, что ими без труда строгали железо.

О несомненном превосходстве златоустовских охотничьих ножей писал и знаток своего дела Л. П. Сабанеев. В конце XIX века огромным спросом пользовались английские ножи Роджерса, поставлявшего их королев­скому двору, однако они, без сомнения, были очень хрупкими. Знаменитые золингеновские ножи и ножи петербургского мастера Шафа имели недостаточный закал, в то время как всеми    этими    недостающими    качествами в полной мере, в том числе повышенной проч­ностью и дешевизной (опять же по мнению Сабанеева), обладали  ножи, изготовленные в Туле Егором Самсоновым. С тех пор и до настоящего времени златоустовские клинки считаются одними из лучших в мире!